Домой Новости Откачать и подзарядить «Умника». Как врачи учатся на роботах, умеющих дышать и...

Откачать и подзарядить «Умника». Как врачи учатся на роботах, умеющих дышать и плакать

282
0

Роботы болеют, просят наркоз и умирают, если медики ошиблись. Они так похожи на людей, что медицинские приборы не понимают, что перед ними машина

Робот-хирург и роботы-манекены, у которых бьется сердце, скачет давление, а зрачки реагируют на свет, — это тренажеры в симуляционном центре в московской больнице им. Боткина. На них учатся спасать раненных в авариях, делать многочасовые операции и принимать роды. Корреспонденты ТАСС побывали в классах, похожих на площадки для съемок фильмов-катастроф или популярных ситкомов про врачей, чтобы узнать, как эти технологии меняют медицину.

Спасти рядового «Умника»

За дверью с вывеской «Медицина катастроф» находится комната, стилизованная под станцию метро «Арбатская», на которой, по сценарию, поезд сошел с рельсов. Вместо одной стены здесь покореженный вагон с разбитыми окнами и дверьми. Внутри застыли пассажиры с открытыми ртами, перекошенными от ужаса. Посреди платформы лежит манекен, на первый взгляд — обычная пластиковая кукла. У другой стены — стулья, где нервничают люди в белых халатах.

«Чтобы сделать искусственное дыхание — нужно запрокинуть голову пострадавшего», — объясняет им преподаватель Людмила Байчорова. Она садится на коленки перед манекеном, берет его за подбородок и укладывает голову в правильное положение. Под подбородком у него показывается дыра, в ней видны провода.

Это робот «Умник». Он дышит, у него бьется сердце. Но сейчас он не подает признаков жизни. У слушателей курса два дня, а точнее 18 часов, чтобы научиться реанимировать его максимально быстро. Они по очереди выходят в центр комнаты.

— Мужчина-мужчина, что с вами? — первая слушательница хлопает по щеке робота. Нащупывает пульс на шее. Считает до десяти. Просит, обращаясь в толпу: «Девушка, вызовите скорую помощь».

— Стоп. Сначала хорошо, но пока вы считали, люди прибежали и начали помогать. Что надо было сделать? — спрашивает Байчорова.

— Объявить, чтобы не подходили! — подсказывают из зала.

— Не забываем, — кивает преподаватель.

При таких происшествиях не бывает тишины, как в классе. Инженер, наблюдающий за группой, включает спецэффекты. Свет гаснет почти полностью, из динамиков кричат: «На помощь!» Слушательница делает массаж сердца, включает дефибриллятор, чтобы дать разряд, делает искусственное дыхание. На поясе «Умника» есть табло — световой индикатор: он отображает сердцебиение, дыхание. Спустя несколько секунд на индикаторе поднимается белый столбик — курсантке удалось восстановить дыхание «пациента».

«Еще у робота поднимается грудная клетка, когда все получилось. Все очень реалистично, — говорит Людмила Байчорова. — Мы здесь обучаем работающих медиков. Они, конечно, умеют оказывать неотложную помощь. Но они по работе не сталкиваются с медициной катастроф. Есть, допустим, слушатели из психиатрических клиник. Мы учим, чтобы при необходимости они не растерялись, а делали все правильно. Искусственное дыхание, например, — это не так просто. Если воздух пойдет не в легкие, а в желудок — у пациента будут осложнения. Нельзя паниковать».

Слушатели имеют дело с реальными медприборами. «Это настоящий дефибриллятор — кстати, продвинутый: он анализирует состояние пациента, подсказывает действия, — говорит преподаватель. — Такие приборы создавались, чтобы ими могли пользоваться обычные люди без медицинского образования. А медикам они упрощают жизнь. Технологии помогают как в обучении, так и в работе».

Что умеет рука робота «Да Винчи»

В кабинете стоят две большие машины с подвижными манипуляторами-джойстиками. За каждой сидит врач, который смотрит в экран-микроскоп и управляет этой машиной одновременно пальцами и локтями, а еще ногами нажимает на педали.

«Как пианино», — шутит Александр Климаков, преподаватель этого направления.

Это робот-хирург «Да Винчи». Он считается самым продвинутым медицинским роботом в мире. Чаще используется для операций в урологии, гинекологии, на брюшной полости. «Да Винчи» проводит реальные манипуляции с пациентом на операционном столе. Чтобы было понятно, что он умеет и на каком уровне, можно посмотреть ролик на YouTube «Робот «Да Винчи» зашивает виноградинку».

Рядом с машиной стоит компьютерный экран, где отображаются действия пользователя. Доктор, сидящий за машиной справа, кажется, проходит монотонную игру — передвигает колечки на тонкой линии.

«Это кровеносный сосуд, — объясняет Климаков. — Врач учится работать с машиной. Ему нужно ничего не задеть, не повредить. Оборудование очень сложное. Наш курс длится 36 часов. К нам отправляют хирургов из больниц, где есть робот «Да Винчи». В России несколько десятков таких клиник. И часто приезжают врачи из учреждений, в которых робот скоро появится».

Уметь работать с «Да Винчи» — крутой навык для хирурга. А еще здесь можно увидеть робота в реальной операционной.

«В операционной у робота есть еще «рука». Здесь сидит врач, — показывает Климаков. — А за установкой стоит операционный стол, на котором лежит пациент. Доктор управляет «рукой», которая работает реальными хирургическими инструментами. В кабинете слушатели осваивают робота. А потом смотрят, как он работает в условиях реальной операции».

Вкалывают роботу, а не человеку

Человекообразные роботы-симуляторы, умеющие «дышать», на которых можно использовать дефибриллятор, — это уже впечатляет. Но что представляет собой самый продвинутый робот-манекен? С роботом HPS (Human Patient Simulator) работают анестезиологи-реаниматологи. Он лежит на операционном столе в третьей учебной комнате. Он подключен к аппаратам, которые показывают его состояние. У него есть система дыхания и кровообращения. Он потребляет кислород и выделяет углекислый газ.

Аппараты, которые его «наблюдают», не понимают, что перед ними машина, а не человек.

«Этот робот относится к самому высокому классу реалистичности. Он, по крайней мере по специальности, на которую ориентирован, отличается от человека только температурой тела — робот не теплый. Все остальные функции он отражает», — рассказывает Юрий Логвинов, врач-онколог, акушер-гинеколог и заведующий медицинским симуляционным центром. — Сейчас машина «видит» состояние здоровья молодого мужчины весом 70–80 килограммов».

Робот управляется сценариями, которые врач может создавать самостоятельно. Часто слушатели — это также опытные врачи, которые совершенствуют мастерство: разбирают на нем интересные и сложные случаи из практики.

«Он реагирует на действия обучаемого согласно сценарию, — продолжает Логвинов. — Если я не смог его интубировать — он придет в одно состояние. Если все прошло успешно — вступает другой вариант развития событий».

В программе, или «мозге», манекена заложена большая фармакологическая библиотека. Благодаря чему он распознает препараты, которые ему вкалывают.

«Ему можно ввести настоящее лекарство, — кивает доктор. — Но смысла в этом нет — препараты дорогие. Система реализована более изящно. Есть набор шприцов с разными маркировками. Врач берет шприц с водой и делает инъекцию в определенное место, а там есть датчик, считывающий штрихкод. Система понимает, что за препарат мы ввели, в каком количестве, и состояние «пациента» меняется в реальном времени. Если очень просто: компьютер тут же показывает — плохо ему или хорошо».

Тренировка, как настоящая операция

Венера Акопян — врач и доцент кафедры хирургической и клинической ангиологии московской больницы им. Вересаева.

Она стоит перед белой коробкой с маленькими круглыми отверстиями. В ее руках хирургические инструменты — иглодержатели. Внутри коробки находится розовый пласт — это биоткань, на которую нужно наложить хирургические швы. Врач видит свою работу, проделываемую внутри коробки, только на компьютерном экране. Лапароскопические операции, которые она учится делать в центре, проходят примерно по такому принципу — врач работает через небольшие надрезы на теле пациента, а не как при операциях открытым способом, когда он рассекает кожу и ткани так, чтобы видеть больной орган.

Биоткань, которую «зашивает» Венера Акопян, на ощупь напоминает детского лизуна, но плотнее и не такая липкая. «Она похожа на живую ткань, — говорит врач. — При проколе иглой происходит такое же сопротивление. Здесь важно четко поставить шов и затянуть узел. Основы лапароскопии нужно знать каждому хирургу — и вообще любому врачу. Мне нужен курс как тренировка мастерства. Я смогу после прохождения выполнять более сложные операции».

Работать на симуляторе тяжело. Это не воспринимается как игра или тренировка. Скорее как реальная операция. «И умственный, и физический труд, — объясняет доктор. — Нужно каждый шаг делать правильно, чтобы потом не сделать ошибку во время операции. Я работаю уже пять часов без обеда и отдыха, как в настоящей операционной. Лучше потом отдохну, а сейчас потрачу время курса с пользой».

Роботы-мамы и роботы-дети

«Ноэль» — робот четвертого поколения. У нее нет реакции зрачков. Она говорит только на английском, поэтому наш преподаватель ее дублирует для курсантов. «Люси» более продвинутая, она робот пятого поколения. В ее глазах — жидкокристаллические экраны. Она говорит на английском и на русском. Что говорит? Все, что мы ей «пропишем» в сценарии: «Мне больно», «Дайте мне обезболивающее». Они плачут, кричат, как обычные женщины при схватках», — рассказывает Мария Пониманская, заведующая родовым отделением второго филиала Боткинской больницы, руководитель симуляционного центра.

«Ноэль» и «Люси» — беременные роботы с огромными животами, «живущие» в симуляционном роддоме. Они нужны, чтобы научить работников бригад скорой помощи принимать роды, если везти беременную в роддом нельзя в этот момент.

«В нашей скорой, как и везде в мире, нет специализированных бригад. Любой фельдшер, любая медсестра могут попасть на домашние роды. Они должны знать, с чем могут столкнуться. И просто — не бояться пациенток-рожениц, не называть их больными. За два дня мы проходим все основы, а заканчиваем курсом по осложнениям».

«Люси» сегодня отдыхает. А у кричащей «Ноэль» принимает роды молодой медбрат. Он принял ребенка за 2,5 минуты — вдвое быстрее, чем по заданию. А потом растерялся. «А давление у роженицы вас не интересует? А почему вы не дали ей обезболивающее?» — улыбается преподаватель. У парня еще два дня впереди, чтобы выучить порядок действий.

«Если молодой врач еще не владеет какими-то навыками — это не страшно. Опытные коллеги, которые находятся рядом, не дадут сделать плохо», — говорит Юрий Логвинов, который пришел посмотреть на то, как слушатели осваивают «самый веселый курс». Преподаватели говорят, что нигде больше медики так не стесняются, как в симуляционном роддоме. И нигде больше нет такого числа любопытных пациентов, приходящих посмотреть на «беременных роботов».

«Совершенно точно: если люди проходят симуляционное обучение, они в восемь раз быстрее осваивают навык, — продолжает он. — Здесь доктор может изучить то, что будет делать в работе без риска для пациента. Это снижает количество неточностей. Сейчас мы работаем только с практикующими врачами и медработниками, потому что обучаем узким навыкам. Но уверен, что недалек день, когда будущие врачи будут сдавать экзамены на специальной технике, как это, скажем, делают пилоты, сдавая экзамены на симуляторе».

Материал ТАСС

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь