Чему научило дальневосточников наводнение 2013 года

Гребень паводка движется по Амуру: «большая вода» покинула среднее течение реки, натворив бед в Амурской области, проходит Еврейскую автономию, и 12-14 августа пик ожидается у Хабаровска. По прогнозам Дальневосточного УГМС, возможен подъем до 600-630 сантиметров. До памятных каждому хабаровчанину 808 — отметки, на которую вздыбился Амур во время катастрофического наводнения 2013 года, — конечно, далеко, но сравнение с событиями шестилетней давности напрашивается. О том, как пережил Амур прежний высокий паводок и чему научило дальневосточников то бедствие, рассказывает главный научный сотрудник Института водных и экологических проблем ДВО РАН, д.г.н. Алексей Махинов.

Чему научило дальневосточников наводнение 2013 года

Алексей Николаевич, сказываются ли сейчас последствия наводнения-2013 на состоянии реки?

Алексей Махинов: Практически нет. Высокие паводки, в том числе и известное наводнение, характерны для Амура. Более того, это естественные для него процессы.

В 2013-м изменилось русло: там, где прежде были глубокие и безопасные для судоходства места, возникли песчаные косы и отмели. Для реки это значения не имеет, а вот человеку неудобно. Но люди уже привыкли к этим переменам, приспособились к ним: поправили лоции, перенесли створные знаки.

Размыв берегов уничтожил пойменные луга, на их плодородные земли высыпалось огромное количество безжизненного песка. Но на них уже появились первые растения. Не самые ценные, и они постепенно заменятся другими видами.

Для мелких животных, обитающих в пойме, наводнение было гибельным, а для рыбы наоборот. Особенно положительно оно отразилось на фитофильных видах, питающихся растительной пищей и откладывающих икру на водные растения: колоссальные пространства были заполнены водой, и рыба отлично нерестилась.

Во время наводнения погиб­ло большое количество деревьев — сотни тысяч и даже миллионы. Особенно пострадали лиственницы и березы на пониженных участках. Они мало использовались человеком, никто их не рубил, но для природы их ценность была огромной. Сейчас, по прошествии шести лет, следов их гибели практически не заметно — на этих местах поднялась другая растительность.

То есть природа за небольшой срок уже стерла следы той катастрофы?

Алексей Махинов: Если что-то и было уничтожено во время паводка, то, по закону природного круговорота, оно лишь дало основу для новой жизни.

И еще раз подчеркну: то, что мы наблюдаем на Амуре в эти дни, и то, что видели прежде, — обычная его жизнь.

Главный совет — не занимать под хозяйственную деятельность территории, которые находятся под угрозой затопления

Амур — одна из самых неожиданных и необузданных российских рек, относится к особому дальневосточному типу, для которого характерны высокие паводки в конце лета и начале осени. И они происходят всегда. Бывают небольшими, и тогда мы их почти не замечаем. В отдельные годы бывают очень высокими и вызывают наводнения, грозящие бедствиями людям и наносящие серьезный экономический ущерб.

И если на притоках Амура паводки отличаются острыми пиками, проносятся в течение двух-трех дней, то на нем самом отмечается плавный подъем и потом плавное снижение уровня. Все это хорошо изучено, но предсказать, выльется ли паводок в наводнение, практически невозможно.

Ученые ведут наблюдения, можно сказать, точечно — невозможно небольшим исследовательским коллективом охватить сразу огромную территорию. Насколько вам помогает информация системы гидрометеонаблюдения?

Алексей Махинов: Для науки эти сведения теперь недоступны. Раньше вся гидрометеорологическая информация публиковалась в открытых источниках, выпускались ежегодники. Любой специалист или студент мог этим пользоваться, анализировать цифры. Статистика позволяет вскрывать закономерности, а потом уже объяснять их, исходя из общих знаний в области гидрологии.

Сейчас данные наблюдений предоставляются на коммерческой основе, хотя сама гидрометеослужба массив накопленной информации не осваивает, ведь у нее другие цели. Первичную обработку она проводит, но глубокий анализ — это все-таки задача вузовской и академической науки, для которой итоги гидрометеонаблюдений, к сожалению, закрыты.

Часть данных в свое время мы получили, потому что после наводнения 2013 года была поставлена задача разработать модель этого паводка. Работу, в которой принимали участие и мы, выполнял Институт водных проблем РАН в Москве. Модель получилась красивая — показывает, как происходило наводнение. Но мы и так знаем, каким оно было.

Какой смысл тогда в этой модели?

Читайте также:   Лидеры 27 стран приняли решение в ответ на запрос по отсрочке Brexit

Алексей Махинов: Ученые с помощью модели разобрались в механизме произошедшего в 2013 году. Почему случилось наводнение, почему оно было именно таким, как формировалось, какие факторы и как способствовали его течению — все это мы себе теперь прекрасно представляем. Но дело в том, что такое сочетание факторов не гарантировано в будущем, и прогноз — какой паводок будет — эта модель, конечно, не дает.

Могут ли ученые дать рекомендации властям регионов — на что обращать внимание, чтобы быть готовыми к подобному стихийному бедствию?

Алексей Махинов: Главный совет — не занимать под хозяйственную деятельность территории, которые находятся под угрозой затопления. По берегам Амура и его притоков построено довольно много населенных пунктов. Небольшие надо по возможности переносить на возвышенные места, хотя это требует и времени, и больших затрат. Далее — не разрешать строительство в районах, где может быть затопление. Такие места определить несложно: достаточно вспомнить уровни 2013-го.

А важные центры — города Благовещенск, Белогорск, Хабаровск, Комсомольск-на-Амуре, которые невозможно перенести, — необходимо защитить гидротехническими сооружениями. Строительство дамб, кстати, идет с учетом отметок, которых достигала вода шесть лет назад.

Амур, или Хэйлунцзян — река Черного дракона, — объединяет Россию и КНР. Насколько взаимодействие с китайскими коллегами помогает в изу­чении реки?

Алексей Махинов: В Китае очень хорошие специалисты, они опираются на гигантский опыт, который народ накопил за тысячелетия сражений со своими великими реками — Янцзы и Хуанхэ. Поэтому никто в мире лучше китайцев не понимает русловые процессы и не знает, как бороться с их негативными проявлениями.

Мы сотрудничаем с шанхайским университетом Тунцзи, одним из важных образовательных центров КНР, где готовят специалистов в области гидрологии. Но работаем не на постоянной основе, поскольку нет возможности финансировать наши исследования в таких объемах, как это делают в Китае.

Амур — одна из самых неожиданных и необузданных российских рек, относится к особому дальневосточному типу, для которого характерны высокие паводки в конце лета и начале осени

Одна из рек, очень напоминающих Амур, но более своенравная и более опасная, — это Янцзы. Они похожи внешне, строением бассейна и направлением течения. У них сходный водный и русловой режимы. За многие столетия вокруг Янцзы построены тысячи километров дамб, фактически вся река окружена ими. А когда в Китае создали великую плотину "Три ущелья", то окончательно обезопасили себя от крутого нрава Янцзы. Так что нам есть чему учиться у китайцев.

Получается, Янцзы может быть модельной для Амура?

Алексей Махинов: Не только модельной. Может быть еще и прогностической. Крупные наводнения на Амуре, в том числе и в 2013 году, в основном формировались циклонами, которые шли с юга Китая. Сначала они вылили воду на Янцзы, и там было наводнение. Потом эти же циклоны пришли к нам и тоже принесли ливни.

То есть если мы видим, что через Янцзы идут циклоны, вызывая подъем воды в реке, то с высокой долей вероятности можем предсказать, что через неделю сходные процессы начнутся на Амуре. Но для точности прогноза нужны совместные с китайской стороной исследования.

Тем временем

Режимы ЧС регионального масштаба действуют в Амурской, Еврейской автономной областях и Хабаровском крае в связи прохождением высокого паводка на Амуре и его притоках.

В Приамурье из зоны затопления эвакуировано 2,4 тысячи человек, 229 из них находятся в ПВР. Предварительная потребность на выплаты пострадавшим — 71,1 миллиона рублей из резервного фонда. Вовремя оборудованные дамбы не дали воде зайти в села Благовещенского и Константиновского районов.

В Ленинском районе ЕАО укреплены дамбы, в том числе в селе Кукелево к этой работе привлекли более 80 волонтеров из числа местных жителей, сотрудников местной администрации и личный состав пожарной части.

В Хабаровске возведена дополнительная дамба близ центра города. Для ее бесперебойной отсыпки сланец из карьера отгружался в круглосуточном режиме. Определено десять мест для установки мощных насосных станций производительностью 900 кубометров в час, которые начнут активную откачку воды в случае затопления прибрежных улиц.